В центре Могилева на улице Первомайской возвышается красивое строение с башенками – областной драмтеатр. В нем, одном из лучших в Европе по акустике, некогда выступали Комиссаржевская, Шаляпин и Рахманинов. Жизнь тут кипит и ныне: ежегодно в театре показывают более 400 спектаклей. Но не все знают: памятник архитектуры XIX века мог не дожить до наших дней. Здание, возведенное еще в 1888 году (дата увековечена на металлическом флюгере), в ХХ веке хотели сравнять с землей. Но на его защиту встал Президент. И театр возродился. В 2018-м отметил 130-летний юбилей.

У могилевского театра интересная и непростая судьба. Он старейший в стране (Купаловский появился на 2 года позже) и первый, для которого построили отдельное здание. Деньги жертвовали студенты, врачи, учителя, купцы, ремесленники. Возведенный по проекту инженера-архитектора Камбурова, театр выглядел внушительно и нарядно – из красного кирпича, с белыми вкраплениями, балконом, шикарной залой с ложами, сделанной по образцу варшавского Малого театра. Был излюбленным местом отдыха горожан. Из воспоминаний заслуженной артистки БССР Кабатниковой, приехавшей в Могилев в 1954 году: «Прекрасное, редкостное, старинное здание… Акустика – мечта актера. Я была поражена, увидев, что театр отапливается печами, это придавало особый уют».

Об особом, домашнем уюте помнят и старожилы:

– Топил печки-голландки – десятка полтора – сторож Чиботько, живший в театре в подвале. Здесь работали его жена и сын. А внучка – Белинская – стала впоследствии народной артисткой БССР. По вечерам у них собирались актеры, и старик рассказывал им о дореволюционном прошлом города, знаменитых актерах.

А вот что говорил о театре Марк Волохов, долгие годы трудившийся в нем главным художником:

– Когда в 1967-м решили поправить провисший потолок, оттуда посыпались пуды пыли, пулемет времен Гражданской войны и скелет красноармейца – в шинели, буденовке и ботинках!

Уже в те годы театру требовался не косметический, а капитальный ремонт. А в 1980-е годы этот вопрос встал особенно остро: здание, его внутреннее убранство и коммуникации пришли в негодность. В 1985-м Минкульт предложил снести театр, а на его месте построить новый – в советском стиле. Уже и проект был готов. Но могилевчане категорически были против. Актеры даже митинг организовали. Один из участников – Владимир Петрович – и сегодня тут работает:

– Нелегкие были времена. Труппу перевели в Дом политпросвещения. Мы были вынуждены играть на сцене без нормального освещения. Зрителям тоже было неуютно. Случалось, в зале находилось не более 10 человек. А как мы страдали из-за плохой акустики! В старом театре она была потрясающая. Когда его строили, в акустические ниши специально насыпали битый хрусталь! Конечно, мы хотели отстоять старинное строение. И в 1991-м его закрыли на реконструкцию. Говорили – года на 2–3, а она затянулась почти на 10 лет. К счастью, внимание на многострадальный долгострой обратил Президент, подарив театру вторую жизнь.

Проект реконструкции театра разработал могилевский архитектор Владимир Кузнецов. Учел нереализованные детали первоначального проекта Камбурова, добавил свои – для удобства актеров и реквизиторов придумал пристройки, подземные сооружения. Идею одобрили. Но… Кузнецов умер, так ее и не реализовав.

В Могилеве я отыскала его супругу Наталью Борисовну, для которой реставрация театра стала делом жизни:

– Я считала своим долгом закончить то, что начал муж. Хотя это было непросто. На нее требовались миллионы, а их не было. Согласовывали проект – технологическую часть – в Москве, где до мельчайших деталей рассчитывали, как в обновленном памятнике архитектуры должно быть расставлено оборудование: от сценического до кресел в зале. Когда этот проект утвердили, начались согласования архитектурного – в Минске, в Минкульте.

Средства на реставрацию выделяли областной и республиканский бюджеты. После того как на уникальное здание обратил внимание Президент, на объекте закипела работа – генподрядчиком был местный стройтрест-17, а подрядчики – со всей страны.

Кузнецова вспоминает:

— И реставраторы тоже были со всей страны. Им удалось сохранить непревзойденную акустику и добавить много нового. Зал остался прежним, но появились колосниковый настил, кабина для звукооператора и светоаппаратуры. Гардероб и санузел перенесли в подвал, столярный, слесарный, бутафорский цехи, мастерскую и постирочную, как и планировали, – в пристройки. Восстановили кованые решетки на портале театра и лестницах. А вот нужного качества красного кирпича, чтобы восстановить фасад, в Беларуси не нашли. Пришлось везти его из Латвии.

Заядлая театралка Нелли Мордасова помнит, каким был и каким стал театр:

– В Могилев я, инженер-технолог, перебралась в 1980-е годы из Средней Азии. И сразу познакомилась с театром. Помню, как он умирал, какими ободранными были стены, потрепанными ковры. И каким стал после возрождения: шикарным, уютным! Я даже поработать в нем успела администратором. Видела, как восстанавливали балконы с аутентичной деревянной резьбой, лепнину на потолке, как подбирали обивку для кресел, по старинным чертежам возрождали центральную ложу, вешали огромную люстру…

В люстре – около 300 лампочек, весит почти 2 тонны. Центральную ложу, в народе прозванную царской, после реконструкции украсил герб Могилева (взамен герба Российской империи).

Актер и режиссер Владимир Петрович уточняет:

– В родные стены мы вернулись в 2000-м. И сразу на республиканском фестивале «Маладзечанская сакавiца» взяли все призы: Гран-при, за лучшую режиссуру, за лучшие мужскую и женские роли. У нас, окрыленных, появился стимул – мы снова поверили в себя!

Среди тех, кто отвечал за возрождение театра, – тогдашний начальник управления капитального строительства и инвестиций Могилевского облисполкома Михаил Абрамчук (впоследствии работал первым заместителем министра архитектуры и строительства):

– Это был особый проект. Не только для Могилева. Пришлось по крупицам восстанавливать аутентичный театр, аналогов которому нет в стране. А Президент поставил такую задачу – реставрация должна по максимуму сохранить облик здания с историей. И все получилось. Уже работая в Минске, я не раз приезжал в Могилев, ходил на спектакли. Радовался, что театр жив, востребован, интересен.

По словам директора драмтеатра Андрея Новикова, сегодня в год творческий коллектив ставит более 400 спектаклей. Тогда как до реконструкции – около 180:

– Мы звучим на международных фестивалях, получаем призы и награды. А на нашем Международном молодежном театральном форуме «Март-контакт» за 14 лет театры из 21 страны показали уже более 200 спектаклей, которые посмотрели более 40 тысяч зрителей.

ФАКТ ИЗ ИСТОРИИ

Первый спектакль в Могилевском драмтеатре показали в мае 1888 года. Но на него не попали даже те, благодаря кому театр появился. Автор проекта – инженер-архитектор Камбуров, практически работавший на стройке даром, и молодой художник Чернышев, выполнивший художественную отделку здания и лепнину, скромно стояли в толпе – билетов для них не хватило.

ОФИЦИАЛЬНО

Андрей Кунцевич, заместитель председателя Могилевского облисполкома:

– Могилевский драмтеатр уникален не только тем, что он старейший в Беларуси. У него свой имидж. Театр узнаваем, заметен. А учрежденный им Международный молодежный театральный форум «Mарт-контакт», который в этом году прошел уже в 14-й раз, давно стал ярким событием в культурной жизни страны. А еще в минувшем году наш театр стал первым белорусским провинциальным храмом Мельпомены, вступившим в Международную лигу «Шелковый путь» (до него членами его стали Национальный академический театр имени Янки Купалы и Национальный академический Большой театр оперы и балета). Это позволит могилевской труппе участвовать в мастер-классах за рубежом, обмениваться гастролями с их коллективами, развиваться.

Ольга Кисляк, sb.by