Патриотизм невозможен без сохранения памяти о героическом прошлом нашего народа в период Великой Отечественной войны. Такое мнение корреспонденту БЕЛТА высказал председатель Могилевской областной организации ветеранов Анатолий Глаз.

«День Победы — это не только возможность поклониться светлой памяти тех, кто нам ее принес, это еще и повод задуматься, — сказал Анатолий Глаз. — Мы должны и обязаны помнить о тех 60 тыс. бойцах, которые лежат под Могилевом с 1941 года, о тех 17 млн мирного населения, которые погибли в годы Великой Отечественной войны и были истреблены, хотя потери на фронте советских и германских войск были почти сопоставимы. Нельзя забывать о тех людях, которые обеспечили функционирование народного хозяйства и позволили с 1943 года превзойти в 2,3 раза производительность немецких заводов. Все это прежде всего должна знать и помнить наша молодежь, потому что память — именно тот фундамент, без которого патриотизм невозможен».

Анатолий Глаз высказал уверенность, что именно генетическая память белорусского народа не позволила скатиться до национализма в 1990-х годах и не пойти по западному пути в 2020-м, ведь между мирным развитием и хаосом войны лежит очень тонкая грань.

«В погоне за материальным мы теряем душу — за это в ответе и молодежь, и старшее поколение, — подчеркнул он. — Патриотизм не любит крупных планов и громких речей. В годы Великой Отечественной войны победа стала возможной лишь потому, что слово и дело, призыв и поступок были едиными. Этими принципами мы должны руководствоваться и сегодня. Пусть сегодня молодежь радуется весне, гуляет и влюбляется, но не забывает, какой ценой все это досталось. И то, что происходит сегодня в мире — снос памятников тех, кому обязаны ныне живущие поколения, и перевирание исторической правды, — это сатанизм. Нельзя этому поддаваться и забывать, что мы наследники победителей и в нас течет их кровь. Это не дает нам право обесценивать Великую Победу».

Председателю Могилевской областной организации ветеранов есть что вспомнить и рассказать подрастающему поколению. Его отец участвовал в Великой Отечественной войне, дошел до Кенигсберга, хотя и был призван после освобождения Беларуси. При взятии Кенигсберга был ранен и только в августе 1945 года вышел из госпиталя. Мужчина, конечно, не любил об этом вспоминать, но обрывки некоторых фактов детская память сохранила хорошо. Он рассказывал о реальной войне, и когда ходил в клуб на просмотр военных фильмов, всегда после этого говорил: «О, сынок, если бы так было на войне, как там в кино показывают…» Он говорил о других реалиях: когда могли 2-3 суток не подвозить бойцам хлеб, как старослужащие пытались уберечь молодое пополнение от смерти — особенно важно было не потерять их в первой атаке. «Я хорошо запомнил, что после войны у отца из-за плохого и скудного питания совершенно свободно выпадали зубы. Какая на фронте была еда… И даже хлеб — одна клейковина», — поделился воспоминаниями Анатолий Глаз.

«Матери тоже было очень тяжело, она осталась одна с четырьмя детьми, — продолжил он. — Рассказывала и о полицейских, и об их пьянках. Приходили и требовали сало. А какое сало, когда кроме мерзлой картошки и есть нечего было. Было и такое, что немцы забирали детей в концлагерь на кровь. Понятное дело, что они потом не возвращались домой. Моего старшего брата мать прятала дважды. Она клала его в междурядьях картошки. И он, 9-летний ребенок, день лежал недвижимо — немцы прочесывали все. После освобождения они пошли с матерью набрать соломы для животных после уборки, брат решил сократить путь и выбрал другую дорогу. Подорвался на снаряде, осколок попал прямо в сердце. Мать поседела сразу. Война прошла слишком близко».

Все эти воспоминания не просто боль одной семьи, это летопись военного времени всего белорусского народа. А еще это основа патриотического воспитания современной молодежи, уверены в областной организации ветеранов. «Я родился и рос в послевоенное время и уже с 5-летнего возраста прекрасно помню, как мы жили, — сказал Анатолий Глаз. — Работали все — от мала до велика. Если я ребенком мог носить свиньям траву, полоть сорняки или колоть небольшие дрова, все делал, как и остальные. Из одежды надевали то, что было, — не из чего было выбирать. Наше поколение эти трудности не только объединили, но и закалили. Поэтому через всю жизнь я пронес понимание, что большего ужаса, чем война, на свете нет».

Читайте также:
[su_posts posts_per_page=»10″ order=»desc»]