В июне нынешнего года Зинаиде Филимоновне ПОВАРОВОЙ, почти полвека проработавшей в Сухаревской больнице, исполнилось 90 лет. Такой юбилей – прекрасный повод для разговора с именинницей, которая, кроме того, что является настоящим медиком – врачевателем тел и душ, еще и замечательный рассказчик. А каждая история из ее жизни – ярка, интересна и очень-очень человечна.

Военное детство

– Родилась я в деревне Варварино Чаусского района, что в 10 километрах от Сухарей. Папа, инвалид с детства, работал учителем, мама – в колхозе. Позднее появился младший брат. Что сказать – детство мое пришлось на тяжелое время. Коллективизация, которую не все принимали, конфликты… Меня маленькую с пожарищ два раза выносили. А потом началась война, – рассказывает Зинаида Филимоновна.

На долю семьи, оказавшейся под оккупацией, выпало многое: холод, голод, отсутствие крыши над головой.

– Немцы выгнали нас из Варварино и погнали под конвоем на Могилев. Но нам по дороге удалось незаметно свернуть на Супоничи – там у родственников мы и жили до освобождения. А потом вернулись в родную деревню – первыми из односельчан.

Вот только возвращаться было некуда. В Варварино было уничтожено практически все: дома немцы разобрали на бункера. Такая участь постигла и «хатку» семьи Зинаиды Филимоновны – ни крыши, ни окон, ни полов. Только стены остались.

– Ни еды, ни одежды… Помню, мама щавель варила, траву сушили, «гнилушки» откапывали, которые остались с того, что посеяно было еще весной 41-го. Но как-то выживали.

Пешком от Бреста

Одна из ярчайших историй из жизни Зинаиды Филимоновны, наверное, заслуживает отдельной повести и даже экранизации. И ведь при всей кинематографичности это действительно было реальностью и даже обыденностью для тех, кто прошел через сложности 40-х.

– После освобождения родителям подсказали, что на западе Беларуси можно обменять швейную машину на корову. И вот мой папа (он хорошо разбирался в технике) нашел на пепелище соседнего дома «машинку», отремонтировал ее, привел в порядок, и мы с ним отправились в дорогу: у меня за спиной мешок с головкой машины, у папы – с основанием.

Доехали отец с дочерью до Осиповичей, а там их ссадили с поезда – не было документов. Пришлось дальше на «товарняке» ехать.

Добрались до Бреста, а там все оказалось совсем не так, как ожидалось. На рынке хватало других швейных машин, на товар из Могилевщины никто внимания не обращал. Но не возвращаться же!

И начались мытарства: три дня жизни на вокзале, поездка в глубинку, прыжки на ходу с поезда (он не остановился на нужной станции), попытка пристроить «машинку» хуторянам, отчаяние отца, готового сломать и выбросить устройство, изнуряющая жара…

– С последней надеждой пошли мы в сторону Жабинки, попросились переночевать в небольшой деревне. И одна из женщин забрала у нас швейную машину (в придачу папа отдал еще отрез ткани на 6 м), а мы взяли у нее телочку.

Но на этом приключения не закончились! Отец с 12-летней дочерью рассчитывали добраться домой поездом, но составы шли «битком». И пришлось им из Жабинки (напомним – Брестская область) возвращаться домой пешком.

– 18 суток шли. Телочка вначале сопротивлялась, а потом привыкла. Я оводней от нее отгоняла, траву рвала ей на питание. Люди по дороге нас жалели. Видят, что идут инвалид и ребенок – подкармливали, с собой давали. Еще картошку в котелке варили, которую папа по дороге копал. А под Бобруйском шли через большой лес – натерпелись страху… В общем, как-то вернулись домой – уставшие, измученные, но с телочкой. Мы ее обменяли на коровку – она у нас 14 лет потом жила. Молоко у нее вкусное было, жирное, по 12-13 литров каждый день давала.

Мечта – медицина

В 1950 году юная Зина на «отлично» окончила «семилетку» и поступила в медицинское училище в Могилеве.

– Мечта стать медиком у меня всегда была. Я с детства – и ранку забинтовать, и крыло «птушачке» подвязать… Поэтому и сомнений не было, куда дальше идти. Поступила, училась, домой через выходные наведывалась – и продукты надо было взять, и родителям помочь, ведь мы с огорода, в общем, и жили. Вот и идешь, бывало, 40 километров до Могилева – сумка впереди, сумка за спиной…

Но, несмотря на сложности, девушка к учебе относилась серьезно и в результате окончила училище с отличием.

– Как отличница, я могла в течение двух лет поступать в институт без экзаменов. Очень хотела стать хирургом! Но материально не могла себе позволить и поэтому отправилась не в институт, а на работу в Сухаревскую больницу фельдшером-акушером.

Сельский доктор

– Наверное, можно сказать, что я на полпути остановилась. Но не жалею, – продолжает наша собеседница. – Я отдала людям все, что знала. Никогда никому не отказала в помощи.

Если сравнивать условия работы в 50-60-х годах с нынешними, то мы понимаем – было сложно. Но те, кто прошел через войну и послевоенные трудности, не привыкли пасовать перед тяготами. Так они и работали – дружно, слаженно, с уверенностью, что на товарища всегда можно рассчитывать.

– Здесь была больница на 15 коек – стационар, родильное отделение, амбулатория. Радиус обслуживания – 15-20 километров. Хотя, учитывая, что Сухари расположены у трассы, везли к нам и больных, и рожениц отовсюду. А рожали женщины тогда много. И детей было много. Условия? Шприцы на керогазе кипятили, печное отопление, вода в колодце. Вели подсобное хозяйство в больнице, хлеб пекли. При этом воспринимали все как должное и работали, не жалея сил.

На несколько лет Зинаида Филимоновна вслед за мужем-зоотехником уезжала на Гомельщину. А потом вернулась. И в результате из 47 лет в медицине 42 года отработала в Сухаревской больнице.

– В 1963-м мы построили здесь дом. Вот в нем и по сей день. За время работы было всякое. Мы и в стационаре работали, и амбулаторию вели, и на вызовы ходили. Врачи часто были могилевчане. А я тут рядом живу. Поэтому звали меня и ночью, и в выходные. Только услышу стук в окно – знаю, что надо идти помогать человеку… Транспорта не было. Поэтому, бывало, и на тракторе на вызов ехали, и пешком по бездорожью, и санавиацию вызывали – однажды здесь в Сухарях вертолет садился, когда нужно было срочно оперировать женщину после сложных родов. В общем, было непросто. Но мы не жаловались. Люди нас ценили и всегда хорошо относились – как к сельским докторам.

И жизни спасала

Стоит ли говорить, что в практике фельдшера-акушера случалось всякое. Даже тройни два раза доводилось принимать!

А еще она людей к жизни возвращала. Например, при работе в Гомельской области ей, тогда еще совсем юной, довелось спасти женщину, которая уже со схватками продолжала наводить порядок в доме (готовилась к будущим «отведкам»), родила девочку прямо на полу, перевязала пуповину. А потом началось кровотечение. И только тогда решили вызвать медика.

Зинаиду Филимоновну уже встречали криками «Памёрла!»: женщина была без сознания. И только правильные решения медика в экстренной ситуации позволили вернуть ее к жизни, хотя даже врач «скорой», которая приехала через некоторое время, уже готовилась констатировать смерть.

Помнить – до мелочей

Не обошлось в жизни нашей героини и без утрат. В середине 80-х умер муж, через два года скоропостижно в 32 года не стало одной из дочерей (их у нее двое)… Восстанавливалась она после такого долго.

Последние годы работы (а Зинаида Филимоновна ушла на заслуженный отдых только в 1997-м) трудилась здесь же, в Сухаревской больнице, но уже медсестрой. И по-прежнему никому не отказывала в помощи, всегда по первому зову приходила. Да и выйдя на пенсию, как и раньше, оставалась человеком, к которому всегда шли за советом и помощью.

Сейчас Зинаида Филимоновна – любимая мама, бабушка и прабабушка, которая о каждом из своих близких говорит с огромной любовью. И они отвечают ей взаимностью. А окружающие, приходящие в гости и с интересом слушающие истории из жизни Зинаиды Филимоновны, удивляются: «Как же вам удается все помнить до мелочей?» Ответ у женщины прост:

– Если пропустишь через свое сердце, то запомнишь на всю жизнь.

Татьяна АРХИПОВА.
Фото Юлии МАРКОВИЧ.