«Приднепровская нива» запускает проект «Дорогами памяти». Мы публикуем живые голоса свидетелей Великой Отечественной войны, пока они звучат…

В редакцию пришло письмо, написанное девушкой по просьбе ее дедушки. В 1941-м он был совсем ребенком, но на всю жизнь запомнил ужас, голод и холод. И еще – гордится братом, защищавшим Родину.

В деревне Боровка Сидоровичского сельсовета живет 89-летний Михаил Захарович ЧЕПИК. Сегодня он почти не говорит – сказался инсульт. Но память цепко держит те страшные военные дни. Он записал свои воспоминания, а внучка поделилась ими с нами.

Семья Чепик была большой: отец Захар Венедиктович, мать Хадора Семеновна, три брата, две сестры и самый младший – Миша. До войны старшая сестра вышла замуж и уехала, а еще два брата и сестра перебрались в Тагил. Когда началась война, в деревне Широкоувелье Краснопольского района из большой семьи остались только Хадора Семеновна с двумя младшими детьми: Васей и Мишей.

– Отец ушел в партизаны, – пишет Михаил Захарович. – А в деревню пришли немцы. Ходили по хатам, забирали все: еду, одежду. Люди прятали добро в сено – все равно находили.

Мише тогда было всего четыре года. Он лежал на печи больной – ребенка мучили фурункулы. Однажды дверь открыли чужие, говорившие на непонятном языке солдаты. Увидев больного малыша, один из немцев принес мазь, которая вылечила мальчика.

Война никогда не бывает чернобелой. Этот эпизод – не о немецкой милости. Он о том, как даже война иногда щадит конкретного человека, но при этом остается адом для тысяч других. Единичный жест не отменяет зверств: те же солдаты, которые спасли ребенка, через час грабили и уничтожали целые семьи. Спустя некоторое время партизаны выгнали захватчиков из деревни.

Василий Захарович Чепик, старший брат Михаила Захаровича (на двух фото – молодой), был призван в 1943 году. Он попал на обучение в Ленинград, затем служил на подводной лодке, а позже – на знаменитом крейсере «Киров» (1-й Балтийский флотский экипаж, в/ч 22966). Василий отдал флоту почти 30 лет: с войны до 1972 года. Он награжден медалью «За боевые заслуги».

– Мой дедушка гордится, что у него такой брат, – говорит внучка.

Михаил Захарович пошел в школу только в 44-м. Добираться приходилось далеко – через несколько деревень. Но долго учиться в одном месте не вышло: немцы сожгли школу. Занятия все-таки продолжились и шли уже по домам: первый-второй урок – в одном доме, третийчетвертый – в другом. Тетрадей не было – писали на грифельных дощечках. Учились при свете коптилок, по памяти, почти без книг. Но учились – потому что верили: жизнь после войны будет другой.

Самое жуткое воспоминание детства – колонна машин со снарядами, которая шла по дороге Коммунары – Краснополье. Внезапно налетели вражеские самолеты. Бомбы, грохот, земля ходуном. Люди бежали в разные стороны, падали, кричали. Утром деревенские дети, которым всегда было любопытно, пришли к дороге. То, что они увидели, не забыть и через 85 лет.

Людей распознать было почти невозможно: все разорвано. Водителя не узнать. Дальше от дороги лежали еще несколько мертвых – те, кто пытался спастись, убежать. Не успели.

– Мы выжили чудом, – пишет Михаил Захарович. – Дом остался целым. Мама осталась жива, и отец вернулся живым с войны. Но страха – на всю жизнь.

Михаил Захарович помнит все: голод, когда варили лебеду; бомбежки, от которых тряслось все вокруг; плач людей над убитыми. Помнит, как мать крестила его и брата каждую ночь.

Но помнит и другое: как поднималась из пепла жизнь. Как вернулся отец, как брат Василий приезжал в форме моряка – высокий, сильный, с медалью на груди.

Михаил Захарович один из тех, кто сохранил живую память о войне. Не по учебникам, а по ожогам на сердце.

Пока живы свидетели – жива правда.

Марина БОЧКАРЁВА. Фото из личного архива Михаила ЧЕПИКА.