С повышением в Санкт-­Петербург переводили бывших могилевских губернаторов

могилев губернскийМогилевская губерния в конце XIX — начале XX века демонстрировала не только показатели высокого уровня экономического, политического и социального развития, но и выдвинула целый ряд управленцев общероссийского масштаба, которые, будучи приглашенными в северную столицу самим императором, заняли высокие должности в различных государственных органах Российской империи.

Они хорошо справлялись с возложенными на них новыми обязанностями, о чем свидетельствовали чины и награды высших ступеней и оставленный след в истории. Но не будем забывать, что служебный опыт и деловые качества приобретались и оттачивались ими именно в Могилеве.

Список имен открывала личность самого известного могилевского губернатора Александра Станиславовича Дембовецкого, занимавшего губернаторское кресло с 1872 по 1893 гг. и вывевшего Могилевскую губернию из глубокого кризиса в число вполне благополучных провинций империи.

К исходу 1891г. в руки министра юстиции Н.А.Манасеина попала докладная записка следующего содержания: «Милостивый Государь Николай Авксентьевич! Могилевский губернатор Тайный Советник Дембовецкий, занимающий с 1872г. ответственный пост губернатора, постоянно обращал на себя внимание распорядительностью, служебным тактом и неутомимым рвением в отправлении своих обязанностей, сопряженных с означенною должностью». Далее последовало еще одно распоряжение: «Именным Высочайшим указом, данным Правительствующему Сенату, в 30 день Августа 1893г. Всемилостливейше назначен к присутствованию в Правительствующем Сенате».

Покидая Могилев, Дембовецкий тепло прощался с бывшими подчиненными: «Всем моим сослуживцам: Членам губернских и уездных учреждений, исполнительным членам полиции, врачам и служащим в Канцелярии Губернатора. Оставляя Могилевскую губернию, обращаюсь к вам с прощальным приветом, полным глубокого чувства горести. Мне невыразимо жаль и тяжело расставаться  с Вами и местностью, с которой меня сроднила общая деятельность наша». Могилевское общество устроило отъезжающему овацию, «Могилевские губернские ведомости» (№ 70 от 1 сентября 1893г.) сообщали: «Не сомневаемся, что благодарная память об Александре Станиславовиче переживет не одно поколение Могилевцев, а начинания его на пользу губернии принесут обильные и благотворные плоды».

Сенатом в России назывался высший государственный орган по делам зако­нодательства и управления,    и бывший могилевский губернатор получил назначение в Первый департамент первого общего собрания и на протяжении своей сенаторской деятельности занимал место в числе присутствующих в Первом и Втором департаментах и департаменте Герольдии. Он занимался обнародованием законов, указов и повелений императора в порядке верховного управления или непосредственно им издаваемых. Дембовецкий участвовал в коронации Николая II в мае 1896 года и вместе с другими сановниками нес корону императрицы Александры Федоровны. Известия о Дембовецком теряются после событий 1917 года.

Сенатором стал еще один могилевский губернатор — Николай Михайлович Клингенберг, оказавшийся на должности высшего лица губернии в 1902—1905гг. Его имя большевистская «Искра», как могла, представляла в черном цвете, а официальная пресса, наоборот — фигурой героической. 10 октября 1904г. в Могилеве произошел еврейский погром, в котором участвовало до 200 человек. Пьяная толпа разграбила магазины еврейских торговцев на Шкловском рынке, один еврейский рабочий был убит. Отчасти эти действия были спровоцированы самими евреями, избившими накануне двоих полицейских, отчасти — полицией самого губернатора, считавшего революционное движение в России чисто еврейским явлением. Хотя погром был прекращен 11 октября и не перекинулся на заднепровскую часть Могилева, а присланный из Петербурга для выяснения всех обстоятельств дела генерал­майор Ридевский нашел действия могилевского губернатора и полицмейстера Родионова правильными, на Клингенберга началась настоящая охота.

16 августа 1905г. в губернаторский экипаж, следовавший по Днепровскому проспекту, молодой рабочий­террорист Иван Брильон бросил бомбу, но взрыватель не сработал  и губернатор остался жив. 29 октября этого же года в приемную Клингенберга пришла дама­просительница, прятавшая лицо под траурной вуалью. Это была эсерка Лидия Езерская, представившаяся баронессой Мейендорф.

Когда губернатор после взаимных представлений, озадаченный титулом просительницы, подошел к ней вплотную, та выхватила семизарядный браунинг и трижды выстрелила. То ли руки тряслись у террористки, то ли вмешались высшие  силы, но лишь одна из пуль попала  в руку, легко ранив Клингенберга.

Трудно определиться с симпатиями к той или другой стороне, напомним, что революционеры вовсе не являлись эталоном нравственности, а власть не только усмиряла, но и умиротворяла, стремясь не допустить развития событий по худшему варианту. В столице же действия Клингенберга получили одобрение, и прежде всего за то, что он не допустил в Могилеве социального взрыва, как это случилось в Петербурге и Москве. Этого, считал Николай II, было вполне достаточно, чтобы получить место в Сенате, ведь там очень высоко оценивался чиновник, способный разрядить конфликтную ситуацию.

В конце 1905 г. могилевский губернатор становится сенатором Второго департамента Правительствующего Сената, сохраняя должности  мирового судьи Ковенского округа Могилевского уезда. На вицмундире Клингенберга красовались ордена Святого Станислава 1­й степени (1897г.), Святой Анны 1­й степени (1901г.), Святого Владимира 2­й степени (1909г.) и Белого Орла (1913г.).

Могилевский губернатор Александр Иванович Пильц, осуществлявший руководство губернией с 1911 по 1916 гг., оказался на должности ничуть не ниже, чем сенаторская.   «Пребывание государя у нас в Могилеве, — писал его сослуживец могилевский вице­губернатор князь В.А. Друцкой­Соколинский, — являвшимся таким образом центром не только военным, но и всей политической жизни государства, крайне милостливое отношение государя к нам, к «туземцам», чинам местной администрации, то есть к губернатору и ко мне; возможность частых разговоров между государем и Пильцем, ежедневно завтракавшим во Дворце; все это создавало нам особо привилегированное положение в нашем ведомстве, и министерство чутко  к нам  прислушивалось, даже немного заискивало, а все просьбы и представления неизменно исполняло. Мы были очень на виду и особенно, конечно, губернатор Пильц. В результате в феврале 1916г. А.И.Пильц был назначен товарищем (в нашем современном понимании заместителем) министра Внутренних дел и после грандиозных проводов, сопровождавшихся обедами, речами, подарками, бесконечными фотографиями, отбыл в Петроград».

Министерство Внутренних дел считалось ключевым звеном в системе государственной власти и государственного управления, и министерское руководство назначалось лично императором из числа особо доверенных лиц. Часто менявшиеся министры Внутренних дел Б.В.Штюрмер, А.А. Хвостов, А.Д.Протопопов считались креатурой самого Распутина, но за спиной работоспособного Пильца стоял  сам Николай II. Грянул 1917 год, и Пильц, как и многие другие, подался на юг. Время не дало возможности бывшему могилевскому губернатору раскрыть  все свои способности и дарования.

В 1918 году он гражданский губернатор  Одессы, а в начале 1919 года — помощник генерал­губернатора Одессы по гражданской части, начальник гражданского управления Одесского района. В начале 1920 года Пильц эвакуируется из Одессы в Константинополь и далее в Сербию, но летом этого же года возвращается в Крым и вновь вторично покидает Отечество осенью этого же года из Ялты с остатками армии барона Врангеля.

Умер Пильц 25 октября 1944 года в эмиграции, в Софии, на болгарской земле.

Борис СИДОРЕНКО, краевед.

mogpravda.by

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован.